Байка-23. Вести недобрые гонец тестировщик принес.

А я цельное лето, цельное лето: утром покос, вечером надои, то корова опоросится, то куры понеслись… А тут вишня взошла! Свекла заколосилась!.. Пашешь, как трактор… А ежели дождь во время усушки, а?

На столе сиял древний самовар. Самовар откопал Додо на чердаке в деревне. И привез. Чайная традиция пришлась ему по душе. Примерно как самовар сиял Заяц и травил анекдоты.
– Сегодня в селе прошел стендап митинг. Вчера из города на побывку к родителям приехал трам–мастер Кеша. Станичники попросили его рассказать за эджайл.

В четыре утра этот придурок залез на колокольню и начал долбить в пожарный рельс. Когда полуголые селяни выскочили на улицу, он важно произнес: “Мы с отцом за дровами, остальные свободны.” После чего каждый селянин рассказал, какие у него проблемы в проекте и что он собирается делать сегодня. Что интересно, в лес они так и не поехали, т.к. у Кеши возник форсмажор в связи необходимостью вести мониторинг окрестностей с высоты колокольни и полной невозможностью спуститься. Не оценили селяни аджайла. Что с них возьмешь – деревенщины.

– Наверное, мало собраний было. Эджайл покер оценки сложности задач не провёл, скажем. – задумчиво протянул Шляпник, вот слушай. И Шляпник начал рассказывать только что придуманную историю – На следующий день Кеша решил сделать обход рабочих площадок. Начал с тенистого местечка, где колол дрова Митрич.
– За какое время дорубишь?
– Дык это как пойдет. Попадется сучкастое толстое да с перевитой древесиной, так с ним одним можно полчаса провозиться. Тут наперед не скажешь. Сколько будет, столько будет.
– Не, это не подход. Надо выбрать основное условное полено и от него сделать оценку. Это новейший метод планирования проектов. Планинг покер называется.
– Иш ты, – заинтересованно сказал Митрич, отставляя в сторону здоровенный колун и присаживаясь на огромное полено. Митрич уже много лет играл по интернету и про покер знал все.
– Вот это полено оценим в один стори поинт, это в два, а это в пять. И если мы обрабатываем один сторипоинт за минуту, то на все про все у нас уйдет, – тут Кеш оглядел кучу дров, – двадцать пять минут.
– Иш как точно, –  удивился Митрич, – може полчаса? Аль час?
– Надо использовать современные методы оценки, – отрубил Кеша,–  И использую современные фреймворки мы будем сдавать спринты точно в срок. – С этими словами Кеша снял с плеч рюкзачок и вытащил туристический топорик, весом в полтора фунта.
– Современная штука. Отличная сталь, прекрасная ручка, – то что надо. А вашему инструменту наверное с полвека будет?
– Може и поболе,– Митрич погладил рукоятку колуна  неспешно налил домашнего кваса из бидона. – Еще мой дед им махал. А что до него было – не знаю. Тут цифири выбиты – 1887. Може год, може еще чо.
– Ну, так. Устарелая технология. Это как Дельфи – которая давно умерла. Нам нужны современные технологии, – и Кеша начал бодро махать топориком.
Через десяток минут Кеша все также махал топориком, но пока ни одного полена не поколол. А к Митричу присоединился Семен.
– Слыш, Митрич. А он в курсе, что дрова не рубят, а колют?
– Не в курсе. Но у него эджайл. Так сказать, молодой и амбициозный. Пусть помаше. Дров не будет, так хоть согреется. А може еще чего и про покер расскажет.

Соня прыснула. Она неоднократно видела туриков приходивших в лес с электрокипятильниками и очень живо представляла себе картину колки нормальных деревенских дров туристическим топориком.
– А чего плохого в стендап митинге? – спросил Армигер.
– Да ничего. Не бывает плохих приемов. Бывает неправильное или не вовремя их применение.
– Возьмем пример из книги Эрика Берна. – Продолжил Чеширский. – Рыцари круглого стола. Круглый стол – символ равенства. Но как только за столом появляется Король, то равенство мест исчезает. Так и на стендап митинге. Как только там появляется менеджер – все становится по-другому. Ну и еще несколько мелочей. Давай так. На следующее чаепитие ты сам предложишь за и против проведения этого самого стендапа.
– Согласен. Пока сам не сделаешь – толку ноль.

– Заяц, а чего ты такой, как будто кринку сметаны с полки увел? – вкрадчиво спросила Королева.
– Так уволили нас с Оруженосцем. С проекта стороннего. Подчистую уволили. – Заяц глотнул чая. – Тьфу ты. Как Митрич заговорил.
– Быстро вас что–то, – заметил Чеширский.
– Дык мы это… Черт. Вот привязался этот Кеша… – И Заяц перешел на нормальный говор. – Пришли мы на проект и начали тестирование с архитектурных ошибок. Ну, тут и началось… Общего хранилища классификаторов у них нет.
– MDM
– Да хоть черта в ступе! Нет и нет. Общего хранилища аккаунтов пользователей нет. И еще много чего нет. Оруженосец, расскажешь дальше?
– Ну, там дальше совсем интересно было. У них передача данных из филиалов чуть не по модему. Мегабит – это все-таки маловато, а передают скриншоты. И вместо нормальной шины данных используют синхронную передачу данных. С очевидной потерей данных.
Заяц продолжил.
– Программист конечно налажал, только это не его ошибка, а это симптом глобальнейшей проблемы. И даже добавление сервера для отложенной передачи, это не решение а костыль.
Проблема в том, что при проектировании системы забыли про среду. А она не гомогенная, а гетерогенная. А это совершенно другой подход к решению проблем. Да даже если гомогенная, то гомогенная с ограничениями.
Я чему, вот это корневая проблема которая, корневой дефект, который потянул за собой все и все последующие метания. Может систему вообще надо было строить на других принципах, а не прикручивать костыль сбоку. Но, тут надо подняться на уровень абстракций, а к этому приходится идти долго, и обычно ценой ошибок.

– Ну, и? – надавила Королева.
– Ну, мы это и озвучили. И нам на дверь указали. Да ладно, все равно команда стремная была. Не вписывались мы туда.
– И все таки я не понимаю, – добавив в чай земляничного варенья произнес Оруженосеец.  – ну вот зачем, зачем ты меня просил их код читать? Я ж как программист слаб, и большую часть кода я просто не понимал?
Королева, Шляпник, Чеширский и Мартовский переглянулись.
– Есть такой критерий качества, как понятность кода. И для контроля этого показателя Павел предложил кодеревью младшими программистами за старшими.
– Зачем!? – воскликнул Оруженосец.
– На то, чтобы понять и исправить чужой код требуется умений больше, чем на его написание. Раза в два.
– Ну, это от многого зависит, – заявил Заяц.
– Эт–то точно, произнес Шляпник. – Когда Заяц код для встраиваемой системы писал и байт не хватало, то он там такое кружево выдал, что даже я с трудом разобрался. Так что иногда и раз в десять. А если код понятен одному единственному программисту, то его сложно назвать поддерживаемым.
– Ладно, – подвел итог Время, – зато теперь с этой командой гораздо легче общаться. А для вас всегда работа найдется.

Оставьте комментарий

Вы должны войти, чтобы оставить свой комментарий.